Главная » События в России » Силовики потеряли контроль над «наемными гопниками», но продолжают платить радикалам SERB «за помощь»: как в России устроен рынок политнасилия
Дата публикации: 21.11.2019
Просмотров: 35



Силовики потеряли контроль над «наемными гопниками», но продолжают платить радикалам SERB «за помощь»: как в России устроен рынок политнасилия


Переключается на сотрудничество с "частным сектором" и движение SERB

В России существует рынок негосударственного политического насилия, услугами которого пользуются власти для борьбы с общественными и гражданскими активистами, конкурентами и даже госслужащими. Участники этого насыщенного рынка — близкие к Кремлю бизнесмены, сотрудники МВД и ФСБ, а также большое число мелких игроков, включая спортсменов, политтехнологов и представителей религиозных организаций. Как пишет «Медуза», одним из источников развитой и неподконтрольной силовым ведомствам индустрии стал конфликт на востоке Украины.

28 ноября 2017 года в центре Алушты двое неизвестных избили следователя СК Константина Гирякова, который был госпитализирован с закрытыми переломами пястных костей, ушибом головного мозга и многочисленными гематомами. В августе 2019 года суд признал организатором нападения начальника антикоррупционного подразделения МВД Алушты Александра Леснова, а исполнителями — участников общественной организации «Союз добровольцев Донбасса» (СДД) Сергея Старосельцева и Николая Пухова, которые получили от Леснова 190 тысяч рублей. Все трое были приговорены к трем годам колонии общего режима, что с учетом нападения на сотрудника правоохранительных органов выглядит довольно мягким наказанием. 19 ноября этот приговор отменили.

Вышедшие из-под контроля силовиков гопники

Как рассказал собеседник, знакомый с ходом операции по задержанию исполнителей, сотрудники ФСБ взяли Николая Пухова в декабре 2017 года прямо в кабинете главы «Союза добровольцев Донбасса» Александра Бородая, который работал с бизнесменом Константином Малофеевым, выполнявшим неофициальные поручения Кремля в Донбассе, а сейчас сотрудничает с «поваром Путина» Евгением Пригожиным.

За несколько месяцев до нападения на следователя, в июле 2017 года, Пухов был участником масштабного военно-спортивного турнира «Добровольческие игры». Этот турнир проходил в районе села Погореловка Калужской области, причем заявки на участие в играх принимали только от людей, прошедших конфликты на востоке Украины и в Сирии и вставших на учет в СДД. Приглашение на турнир получили и участники уличных акций из радикальной группы SERB.

Руководство СДД заявляло, что на турнире готовит людей к новой войне. «Дело, которое начато в 2014 году [на востоке Украины], еще далеко не закончено», — сказал Бородай на общем построении перед закрытием «Добровольческих игр». По словам бывшего сотрудника ФСБ, турнир стал своего рода отборочной площадкой для формирования групп, подконтрольных Евгению Пригожину и проводящих силовые акции внутри России. Этот факт подтвердил, в частности, специализирующийся на противодействии оппозиции политтехнолог, работавший в структурах Пригожина.

«Сейчас они используются для мелкой тупой работы: для запугивания и дискредитации, плюс когда идет заказ на определенных людей по бизнесу», — говорит близкий к ФСБ собеседник «Медузы»: сообщается, что всего было нанято около 40 человек, на которых не могут повлиять ни полиция, ни ФСБ.

Среди московских заданий участников «Добровольческих игр» — нападение на общественного активиста в марте 2018 года: пострадавший рассказал, что его избили четверо «гопников лет 20-30», тогда как пятый снимал происходящее на мобильный телефон. Позднее активист узнал, что они получили за свою работу «всего 100 тысяч рублей», а также опознал напавших в числе участников «Добровольческих игр». Еще один участник, снимавший происходившее, участвовал в нападении на кандидата в депутаты Мосгордумы Любовь Соболь, которую подкараулили у дома и облили грязью.

По мнению участника проекта «База данных» Виктора Олейника, СДД и после 2017 года остается способом трудоустройства участников локальных боевых действий на рынке политического насилия. Действия организаций, через которые на него можно войти, координируются с представителями спецслужб и власти. Всего в стране «больше десяти» крупных игроков этого рынка, причем больше всего подобных структур существует в Санкт-Петербурге: просьбы о политических акциях передают технологам, которые составляют сценарий «устрашения» и знакомят с ним потенциальных исполнителей.

Как рассказали ветераны МВД и ФСБ, до второй половины 2010-х рынком политического насилия в России неофициально заведовали именно эти структуры, однако после того, как направление внутренней политики полностью прекратили финансировать, рынок перешел под контроль частного игрока. Суммы, которые получают участники «прогосударственных» акций, невелики, и завербованные агенты начинают выходить из-под контроля и переходят в «частный сектор», где за участие в таких акциях платят больше.

Та же Любовь Соболь рассказывала о слежке за ней и ее семьей со стороны неизвестных людей, которые преследуют их, задают вопросы и снимают на видео. Соболь называла их «пригожинскими ублюдками», что подтвердил политтехнолог, сотрудничавший с Пригожиным. А среди участников слежки за Соболь и другими членами ФБК силовики узнали бывшую агентуру ФСБ.

Радикалы из SERB получают деньги от полиции по приказу о вознаграждениях

Переключается на сотрудничество с «частным сектором» и движение SERB. 13 декабря 2017 года они вместе с СДД сорвали показ фильма «Полет пули», который показывает войну на Украине глазами бойцов батальона «Айдар». По данным собеседников «Медузы» среди силовиков, за организацией этой акции стояла не ФСБ, а Константин Малофеев. В итоге силовики периодически «устраивают облавы на своих бывших агентов» и «жестко их наказывают».

В то же время у спецслужб по-прежнему остается своя инфраструктура для проведения нелегальных уличных акций с применением силы. Так, движение SERB получает деньги официально, через полицию и в соответствии с приказом МВД 2018 года о вознаграждении за помощь в раскрытии преступлений. Ветеран МВД Олег Чурсин подтверждает, что активисты движения получали деньги в полиции. Два других собеседника «Медузы» среди силовиков тоже рассказали о финансировании SERB из бюджета.

Один из политтехнологов рассказал, что конфликты в Крыму и на востоке Украины привели к появлению в России не только большого числа исполнителей, но и большого числа разработчиков силовых политических акций. Именно силовые акции, основанные на «идеологии тотальной войны», по словам экспертов, стали «политтехнологическим мейнстримом» после 2014 года, а работу таких политтехнологов можно рассматривать как специфическую культуру наемничества в зоне полунасильственных публичных акций.

В Москве уличную акцию с применением насилия можно заказать по телефону

За две недели до выборов в Мосгордуму 8 сентября в соцсетях появились сообщения о «наборе крепких ребят для участия в митинге». К номеру телефона, который фигурировал в объявлении, был привязан аккаунт актера и организатора массовки Александра Фогеля. Он известен тем, что в мае 2019 года выступал на общественных слушаниях о реновации в Москве в поддержку стройки. Человек, ответивший на звонок «Медузы» в ноябре, подтвердил, что участвовал в митинге в поддержку реновации, и предложил на выбор несколько групп участников уличной акции, включая «неконтролируемых ребят» из числа спортивных болельщиков. По его словам, участников акции «вербуют» в спортивном движении, обществе анархистов, обществе реконструкторов и даже обществе поклонников СССР.

Об уличной акции с участием 100 человек, готовых применить силу, удалось договориться всего за 200 тысяч рублей: стоимость акции возрастает пропорционально тому, насколько она опасна. При этом географических ограничений для рынка политического насилия не существует, а большая группа для участия в массовой акции на выезде собирается через закрытые чаты.

В качестве примера организации крупной силовой акции в регионе России собеседники «Медузы» называют протесты в Екатеринбурге весной-летом 2019 года. Там горожанам, недовольным строительством храма в сквере в центре города, противостояли крепкие молодые люди в футболках с эмблемой одного из спонсоров строительства — «Русской медной компании» (РМК).

Специализирующийся на работе с праворадикальными организациями политтехнолог и глава «Национально-консервативного движения» Михаил Очкин (в июле 2019 года он пытался сорвать ЛГБТ-фестиваль «Бок о бок») утверждает, что упустил подряд на борьбу с протестующими на Урале. А подряд на непосредственно силовое сопровождение строительства храма, по его словам, достался ультрарелигиозным спортсменам из движения «Сорок сороков».

Летние протесты в Москве также привели к тому, что в октябре 2019 года городские чиновники обратились к московским патриотическим объединениям с предложением поучаствовать в создании новой молодежной организации. «Кто-то из волшебных технологов рядом [с руководством Москвы] нашептал, что нужно иметь свою маленькую армию», — говорит слышавший об идее создания молодежного движения в Москве лидер движения «СтопХам» и бывший участник движения «Наши» Дмитрий Чугунов. Однако, по словам источника, близкого к мэрии, на фоне других, еще более радикальных «титушек» такая идея выглядит «дебилковатой».